Кирилл Александрийский. Глафиры, или искусные объяснения избранных мест из Книги Исход - страница 12

^ О сотворении тельца израильтянами

Не имеющие закона в помощь себе слепыми и нерассудительными стремлениями воли увлекаются, и весьма легко, ко всему худшему, и впадают в великую вину пред Богом и людьми; и хотя часто представляются недугующими сим безвинно, однако, напротив, имеют обыкновение удивляться и высказывать похвалу наихудшему и не умеют различать того, что поистине достоприятно и что, наоборот, постыдно и подозрительно. Ибо подобно тому как суда, переплывающие великое и пространное море, если имеют способного и искусного кормчего, то совершают плавание счастливо, если же таковым бывает кто-либо из людей, не очень искусных, то перебрасываются туда и сюда и едва не преклоняются пред ударами волн, которые гонят их куда хотят: так точно и человеческая душа, не имеющая закона своим кормчим, легко уклоняется ко всему тому, что ей угодно, и опьяняется волнами собственных плотских удовольствий. Испытавшим это мы найдем Израиль. Имея ум, еще не расположившийся к благочестию, и сердце, еще не утвердившееся в Боге, он снова изобличаем был, как возвращающийся назад и как возлюбивший преступление проклятого и мерзостного идолослужения. Посему о них и сам Спаситель говорил: Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит [его] незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого. Так будет и с этим злым родом (Мф. 12, 43-45; 5, 18; сн.: Лк. 11, 24-26). Ибо в начале они изгнали злого духа, когда принесли в жертву агнца во образ Христа, помазаны были кровию и избежали губителя. Но вот опять впали в то же, и гораздо худшее, нежели прежде, состояние, если несомненно истинен тот, который говорит о возлюбивших такую болезнь: Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познав, возвратиться назад от преданной им святой заповеди. Но с ними случается по верной пословице: пес возвращается на свою блевотину, и: вымытая свинья [идет] валяться в грязи (2 Пет. 2, 21-22). Уже из того, на что они дерзнули, всякий может усмотреть, что они снова возвращались на свою блевотину и вследствие возвращения к блевотине валялись в прежней тине. Ибо написано, что Когда народ увидел, что Моисей долго не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам бога, который бы шел перед нами, ибо с этим человеком, с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось. И сказал им Аарон: выньте золотые серьги, которые в ушах ваших жен, ваших сыновей и ваших дочерей, и принесите ко мне. И весь народ вынул золотые серьги из ушей своих и принесли к Аарону. Он взял их из рук их, и сделал из них литого тельца, и обделал его резцом. И сказали они: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской! Увидев [сие], Аарон поставил пред ним жертвенник, и провозгласил Аарон, говоря: завтра праздник Господу. На другой день они встали рано и принесли всесожжения и привели жертвы мирные: и сел народ есть и пить, а после встал играть (Исх. 32, 1-6). Божественный Моисей, весьма хорошо тайноводствовавший их в законах, медлил своим пребыванием на горе Синайской. Народ же, в неразумии своем не обратив внимания на замедление его, дошел до такой степени умоповреждения, что как будто совершенно не знал уже, что находился во власти всемогущего Бога, хотя и созерцал Бога, снисшедшего на гору Синайскую в виде огня, и сам слышал голос Его, и Моисея умолял быть посредником между ним и Богом. Не скажет им кто-либо: о, полные крайнего безумия! подлинно Моисей долго не сходит; но какое же отношение это имеет к Богу, Который всегда соприсутствует живущим на земле, хотя бы и не видим был? Да возопиет поэтому божественный Давид: роду упорному и мятежному (Пс. 77, 8). К тому же и Моисей: родившего тебя, ты забыл (Втор. 32, 18). В каких еще богах нуждался тот, кто столь чудесно был освобожден? — тот, ради которого град и трехдневный мрак одержал землю Египетскую? — ради которого у всех в одну ночь погибли первенцы? — которому свирепое и неукротимое море (расступившись) дало возможность избежать жестокости гонителей? Но если бы кто захотел о каждом из сего говорить в подробности, то должен был бы потратить много времени на все. Итак, когда медлил на горе премудрый Моисей, израильтяне приступили к Аарону, который, видя, как неотразим для него приступ сей, так как они вопили: сделай нам бога, который бы шел перед нами (Исх. 32, 1), повелел приносить серьги жен и дщерей. Они же тотчас принесли. Что они впали в заблуждение египетское и подпали прежнему безрассудству, это показал Аарон самым делом, устроив для них поклоняемый идол в виде тельца. Ибо телец был в Египте предметом почитания не только для самих египтян, но и для других, которые недуговали их прелестию. Видишь, как возвращаются они к прежнему. Снова вошел в них нечистый дух. И были для них, по слову Спасителя, последнее хуже первого (Мф. 12, 45). Впрочем, я думаю, что божественный Аарон весьма премудро потребовал усерязи (серьги), едва ли не означая чрез сие то, что они лишили слух свой подобающего ему украшения, так как уже не имели благопокорливости, но напротив увлеклись к богоненавистной и преступной непокорности. Ибо, после того как Бог заповедал: да не будет у тебя других богов пред лицем Моим (Исх. 20, 3), и они выразили одобрение сим словам и почтили их достохвальнейшим согласием, сказав: всё, что сказал Господь, сделаем и будем послушны (24, 3 и 7), теперь они искали богов изваянных. Видишь ли, как они отвергли благопослушливость? И это, думаю, значит ушное украшение. Смотри же, как осмеивает Аарон их попытку. Показав им идола, сделанного в виде тельца, он взывал к ним: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской! (Исх. 32, 4). Но известно, что не тельцом они освобождены были от рабства (потому что как или откуда это могло бы случиться?) но рукою крепкою и мышцею простертою (Пс. 135, 12) и посредством знамений и чудес. Таким образом, как бы в напоминание о совершенном от Господа он посмевается, говоря: вот бог твой, Израиль. Между тем они принесли и жертвы, потом ели и пили как бы в праздник, и после встал играть (Исх. 32, 6). Ибо за отступлением от Бога последует и то, что отступившие связуются узами плотского нечистоту считают наслаждением и прекрасною и приятною усладою считают то, о чем им надлежало бы плакать. Посему и блаженный Павел нечистое идолослужение полагал в числе плотских грехов. Они суть, говорит он, дела плоти известны … блуд, нечистота, непотребство, идолослужение (Гал. 5, 19-20). Ибо это заблуждение влечет за собою еще худшие, и удаление от Бога заставляет недуговать постыднейшими из всех зол. И подлинно, они составляли хоры, воспевая, как я думаю, застольные песни, делая и говоря то, что свойственно пьяным. Не знавшего о сих дерзостных поступках божественного Моисея поставляет в известность о них Бог, так говоря: поспеши сойти; ибо развратился народ твой, который ты вывел из земли Египетской; скоро уклонились они от пути, который Я заповедал им: сделали себе литого тельца и поклонились ему, и принесли ему жертвы и сказали: вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской! И сказал Господь Моисею: Я вижу народ сей, и вот, народ он - жестоковыйный; итак оставь Меня, да воспламенится гнев Мой на них, и истреблю их, и произведу многочисленный народ от тебя. Но Моисей стал умолять Господа своим (Исх. 32, 7-11). Слышишь ли, как Израиля, легкомысленного и увлекающегося и весьма удобопреклонного к отступлению не удостоивает именовать и народом своим? но хотя и сам даровал ему закон, однако приписывает дело это Моисею. Ибо уклонились, говорит, они от пути, который Я заповедал им (ст. 8). Поэтому и Христос говорил, что думающим то же самое, представляющим нечестие под видом благочестия и не заботящимся об истинном делании добра Судия на Божественном судилище скажет: Удалитесь от меня все, делающие беззаконие: никогда не знал вас (Пс. 6, 9; Мф. 7, 23). Итак, знаемыми Богу и поистине народом Его могут быть только те, которые имеют к Нему крепкую любовь, сохраняют чистоту в вере, утверждены в делании добра и отстраняют от себя обвинение в легкомыслии. Впрочем, Моисей умолял Бога и просил Его пресечь гнев свой на всех. Ибо должно, поистине должно было, чтобы тогдашний ходатай подражал истинному ходатаю Христу, который избавил нас от гнева свыше, бывшего на нас за великие грехи, как Сын даруя согрешившим оправдание в вере. Так божественный Моисей и в том, что своими молитвами отклонил ярость гнева Божия, был прообразом ходатайства Христова. Затем он сходит с горы. Когда же он увидел плясавших и услышал голоса пьяных, то сокрушил скрижали, на коих были начертаны законы для них, уже не удостоивая их детоводства, как непослушных и неразумных или малоразумных и имеющих ум, крайне легко увлекающийся к тому, чем не следовало бы увлекаться, и, таким образом, учинивших скорое отступничество. Потом, когда пришел в их сонмище, то стер тельца в порошок и, опустив его в воду, дал ее пить, сказано, сынам Израилевым (Исх. 32, 20), едва ли не означая сим, что и внутренностей и утробы их коснулось нечестие. Думаю также, что чрез сие он указывал им и на то, что они имеют сердце, исполненное скверного и мерзостного идол ос-лужения. Призвав же избранных, он повелел умертвить наиболее виновных перед другими; не щадя ни брата, ни соседа ни знакомых. И таким образом пало двадцать три тысячи человек'. Когда же он совершил соразмерное вине наказание над людьми, столь бесстыдно нечествовавшими, то возвратился к Богу и принес мольбы за остальных. И едва лишь тогда Бог склонился на его мольбы, говоря, что более отнюдь не Сам будет с ними, но уже пошлет к ним Ангела для того, чтобы он был приставником и вождем их на пути. Сверх того и народ оплакивал этот свой грех. Тогда Бог повелел снять одежды (дорогие) и все украшение, и таким образом идти в смирении. Когда же это приведено было в исполнение, тогда взем, сказано, Моисей же взял и поставил себе шатер вне стана (Исх. 33, 7). Таков вкратце буквальный смысл истории. Но мы найдем, что то же самое дерзнули сделать происшедшие от Израиля и тогда, когда Единородный соделался подобно нам человеком. Ибо Он призывал их в Царствие Небесное, как древле чрез Моисея призывал их в землю обетованную, и обещал соделать свободными верующих в Него; потому что освобождал и происходивших из племени Израиля, принимавших в вере спасение кровию, от властолюбия египетского. Они заклали прообразовательного агнца и тогда еще, когда Христос совершал уже таинство. Но имевшие закон, прекрасно детоводивший ко Христу чрез тени и прообразы, всячески хвалившиеся словами Моисея, не уважали самого Моисея: они обратились к учениям и заповедям человеческим и свергли с себя иго служения Богу Они отнюдь не пришли к Тому, чрез Которого Бог управляет вселенною, то есть ко Христу. И какой был предлог к сему? Они уклонились к мирской прелести и, прилагая наибольшую заботливость о наслаждениях сей жизни, по справедливости были отвергнуты. Ибо, призываемые на брак, они не хотели придти, под предлогом приобретения жен (брачного) и полей (сн.: Лк. 14, 18 и 20). И уже было время, чтобы Израиль, ниспадший до такой степени нечестия, вполне подвергся гневу. Но молитвы святых спасли останок. Однако многих постигло наказание; потому что пали от мечей и истребляемые жестокою войною, и все-таки не познали, что зло постигло их за преступление безумия против Христа. Свергши же с себя, как бы одеяние древней оной славы, и все духовное украшение, великою недугуют неблагодарностью и проводят жизнь, лишенные всякой славы. А что и Сам Христос отдалился от них, на это указал Моисей, далеко от стана поставивший свою переносную палатку (скинию). Ибо Христос оставил толпы иудеев или полки и все множество их и, отступив от них весьма далеко, явил неподвижную скинию, Церковь из язычников, которую и Своею объявляет; об этом Он в одном месте устами Псалмопевца говорит: здесь вселюсь, ибо Я возжелал его (Пс. 131, 14). Итак, надлежало чтобы являлись наконец совлеченными и лишенными украшения и славы не имеющие Еммануила, Господа славы, Который облек любящих Его украшением от веры и добродетелей, так чтобы они весьма радостно говорили: Радостью буду радоваться о Господе, возвеселится душа моя о Боге моем; ибо Он облек меня в ризы спасения, одеждою правды одел меня, как на жениха возложил венец и, как невесту, украсил убранством (Ис. 61, 10). Ибо необыкновенна красота, очевидно мысленная, которая во Христе, чрез Которого и с Которым Богу и Отцу слава со Святым Духом ныне и присно и во веки веков. Аминь.

^ О покрывале на лице Моисея

Разумеешь ли, что читаешь? (Деян. 8, 30) по справедливости прилично было бы сказать народу Иудейскому, который оказался дошедшим до такой степени безумия, что в Священном Писании именуется даже не имеющим сердца. Ибо вот, сказано, народ глупый и неразумный, у которого есть глаза, а не видит, у которого есть уши, а не слышит (Иер. 5, 21; Иез. 12, 2). А что для них сделался совершенно бесполезным и самый закон, данный чрез Моисея, по причине великости присущего им неразумия, на это указал нам и Сам Христос, говоря: Исследуйте Писания, ибо вы думаете чрез них иметь жизнь вечную; а они свидетельствуют о Мне. Но вы не хотите придти ко Мне, чтобы иметь жизнь (Ин. 5, 39-40); ибо ожесточение произошло в Израиле отчасти (Рим. 11, 25), и не имея просвещения чрез Духа, они были медленны в отношении к вере и совершенно не удобопреклонны к тому, чтобы избрать и мыслить полезное ко спасению. Но они не свободны от наказания, потому что после избрания полезного обратились еще более к неисправимому непослушанию; и имея свет с неба и свыше, лучше возлюбили хождение в ночи и во тьме. На это и пророк указывал, говоря о них: ждем света, и вот тьма, - озарения, и ходим во мраке (Ис. 59, 9); потому что они пребыли жестоковыйными и необузданными и почитали совершенно маловажным то, что было полезно и чрез что им можно было бы, и весьма легко, избежать вредного. Ибо Христос взывал: Я свет миру (Ин. 8, 12) и: ходите, пока есть свет во свете, чтобы не объяла вас тьма (12, 35). Они же были подобны не имеющим ума или смысла. Поэтому и объяты были тьмою и пребывают как бы в ночи, будучи совершенно не причастны Божественного озарения и не имея света Божественного, так как совершенно не разумеют богодухновенного Писания. А по какой причине, это уясняет нам божественный Павел, говоря: то же самое покрывало доныне остается неснятым при чтении Ветхого Завета, потому что оно снимается Христом. Доныне, когда они читают Моисея, покрывало лежит на сердце их; но когда обращаются к Господу, тогда это покрывало снимается. Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода (2 Кор. 3, 14-17). Итак, созерцай таинство, предвоссиявающее в Священных и древнейших Писаниях. Написано же так: и сказал Господь Моисею: напиши себе слова сии, ибо в сих словах Я заключаю завет с тобою и с Израилем. И пробыл там [Моисей] у Господа сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел и воды не пил; и написал на скрижалях слова завета, десятословие. Когда сходил Моисей с горы Синая, и две скрижали откровения были в руке у Моисея при сошествии его с горы, то Моисей не знал, что лице его стало сиять лучами оттого, что [Бог] говорил с ним. И увидел Моисея Аарон и все сыны Израилевы, и вот, лице его сияет, и боялись подойти к нему. И призвал их Моисей, и пришли к нему Аарон и все начальники общества, и разговаривал Моисей с ними. После сего приблизились все сыны Израилевы, и он заповедал им все, что говорил ему Господь на горе Синае. И когда Моисей перестал разговаривать с ними, то положил на лице свое покрывало. Когда же входил Моисей пред лице Господа, чтобы говорить с Ним, тогда снимал покрывало, доколе не выходил; а выйдя пересказывал сынам Израилевым все, что заповедано было. И видели сыны Израилевы, что сияет лице Моисеево, и Моисей опять полагал покрывало на лице свое, доколе не входил говорить с Ним (Исх. 34, 27-35). Бог всяческих начертывает закон на каменных скрижалях. Поелику же приражением света Божественного облиставаемо было лице Моисея, пребывавшего с Богом в течении сорока дней и воздерживавшегося от всего человеческого, то избранные из числа израильтян, и прежде всех других Аарон, были изумлены этим зрелищем. А когда они отступили от него и обратились в бегство, Моисей возвращает их и беседует с сынами Израилевыми, полагая покрывало на лице свое и исходящий от него луч света Божественного таковым осенением, делая несколько выносимым для толпы народной. Но тогда, сказано, входил … пред лице Господа, … снимал покрывало (ст. 34). Понимаешь ли, как недоступен для разума иудеев и свет самого закона? Если же написанное в нем будет понимаемо духовно, то ничего более не воссияет, как только таинство Христово, которое ниспосылает в сердца слушателей Божественный и самый яркий свет. Но израильтяне не могли слушать столь возвышенных слов и не могли легко уразумевать глубину таинства. И даже Никодим, когда слушал Христа, говорившего о возрождении чрез Духа, холодно и уныло возгласил, говоря: како может человек родитися стар сый? еда может второе внити в утробу матере своея, и родитися? (Ин. 3, 4.) А когда Христос убеждал его верою воспринимать то, что выше ума и слова, он добавлял к прежнему: как это может быть? (ст. 9) хотя закон в бесчисленных видах предызображал сие таинство. Итак, даже самый свет закона неудобовосприемлем был для иудеев, но и не только для одних немощных и простых, а и для самих избранных и священников; ибо ты слышал, что славы Моисеевой убоялся вместе с старейшинами и Аарон. Поэтому с великим смыслом полагал Моисей на лице свое покрывало, так как закон имеет некоторое приосенение, — грубость письмени и недостаточную ясность исторического повествования. Но егда вхождаше, сказано, Моисей пред лице Божие, снимаше покров (Исх. 34, 34). Это мы найдем истинным и в отношении к нам самим; потому что приводимые как бы пред лице Бога и Отца, причем приводит нас Христос, мы без приосенений увидим славу Моисея, духовно разумея закон. Ибо мы преобразуемся от славы в славу, согласно написанному (2 Кор. 3, 18). А что таинство Христово является в славе, в этом как можно сомневаться, когда блаженный Павел ясно провозглашает о первом и втором (Ветхом и Новом) Завете следующее: Ибо если служение осуждения славно, то тем паче изобилует славою служение оправдания (ст. 9); потому что упразднена сень закона, хотя и почтенная славою чрез Моисея, или славою в лице Моисея. А то, что принесено чрез Христа, пребывает непоколебимо и преизобилует славою и благодатию, всеконечно высшею древней славы. Поэтому, снимая покровы, приосеняющие написанное в законе, мы открытым лицем взираем на славу Господню как написано (ст. 18). Посему, как скоро услышим о закалаемом прообразовательно агнце, то сейчас познаем таинство, разумея Агнца, который ради нас и за нас вознес Себя в воню благоухания Богу и Отцу. Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело (Евр. 9, 13): то опять мы будем под этим разуметь не иное что, как очищение, совершаемое чрез Христа, которое, посредством воды и Духа, не от плотских нечистот освобождает нас, но омывает духовные и душевные скверны и пороки. Ибо мы освящены во Христе. Не неуместно будет присовокупить (в заключение) и следующее: до сих только мест мы решили предложить краткое изложение содержания глав книги Исход, не потому, чтобы ленились сделать толкование следующих глав, но потому, что составив книги «О поклонении и служении в духе и истине», мы подвергли в них надлежащим исследованиям самое устройство святой скинии и каждый из находившихся в ней предметов, разумею очистилище и кивот, стол и светильник, так что, кажется, не недостает ничего необходимого для полноты изложения. Этому посвящены были нами книги девятая и десятая. Богу же нашему слава во веки веков. Аминь.
8183595154320117.html
8183700379093731.html
8183800330829029.html
8183935007709736.html
8184024576128281.html