Михаил янгель воспоминания о первом главном конструкторе кб "южное" - страница 3

^ Октябрь 1971 г.
По материалам газеты "Конструктор"


Н.Ф. Герасюта


Главные конструкторы – Королев и Янгель

Впервые я встретился с М.К. Янгелем в 1948 году в конструкторском бюро С.П. Королева, когда Михаил Кузьмич был назначен заместителем
Сергея Павловича по управлению. Запомнилось умение быстро входить в существо технических вопросов, четкость принимаемых решений, мягкость и тактичность в обращении и, особенно, личное обаяние. Именно эти качества позволили Михаилу Кузьмичу в новой отрасли техники, новому человеку в уже сложившемся коллективе, быстро и эффективно включиться в производ-ственный процесс.

Запомнились также яркие выступления Михаила Кузьмича на партийных собраниях в КБ С.П. Королева: отточенность формулировок, принципиальность в постановке вопросов, конкретность предложений, умение заинтересовать аудиторию, что немало способствовало росту его авторитета и популярности в коллективе.

Второй этап контактов с Михаилом Кузьмичом – совместная работа в нашем КБ с момента назначения его Главным конструктором в 1954 году и до конца его жизни. Если попытаться на основе всего многообразия наблюдений оценить деятельность Михаила Кузьмича, выделить основные факторы, предопределившие эффективность работы в КБ под его руководством, то следует особо отметить два элемента, два природных дара, которыми безусловно обладал Михаил Кузьмич. Одним из них являлась способность из суммы противоречивых предложений скомпоновать правильное решение. Михаил Кузьмич отчетливо представлял, что в нашей технике одиночка бессилен, только совокупными усилиями специалистов всех профилей можно охватить все стороны стоящей проблемы, будь она технической или организационной. Отсюда схема решения задач: детальная проработка всеми заинтересованными подразделениями – совместное обсуждение – принятие решения.

Как правило, Михаил Кузьмич давал возможность высказать участникам совещания все соображения, внимательно слушал, не вмешивался в дискуссию (существует подозрение, что он приходил на совещания без подготовленного даже в общих чертах решения), задавая вопросы только в плане уточнения отдельных положений, и только в заключение формулировал решение. Это решение зачастую бывало неожиданным для участников совещаний, но зато всегда правильным (в памяти не сохранилось примера пересмотра принципиального решения).

Другой определяющий фактор – тактичность, коммуникабельность, личное обаяние Михаила Кузьмича, позволявшие ему устанавливать контакты, находить общий язык, подчинять интересам дела людей всех чинов и рангов, многочисленные коллективы разработчиков.

Из отдельных эпизодов характерным является реакция Михаила Кузьмича при неудачной работе в октябре 1960 года. Во время пожара он, пренебрегая опасностью, оказывал помощь пострадавшим. В результате психологической и физической перегрузки сам слег в постель. Но необходимо организовывать продолжение работ – Михаил Кузьмич снова на ногах, собран, дает четкие указания, распоряжения. Умение в трудную минуту эффективно мобилизовать все свои силы и способности всегда были присущи Михаилу Кузьмичу.

Прошло десять лет без Кузьмича, но та школа жизни, которую мы прошли вместе с ним, та частица души, которую он оставил в каждом из нас, сохраняют память о нем, память о настоящем человеке.

Октябрь 1981 г.


P.S. Прошло еще пять лет и Николай Федорович снова возвращается к воспоминаниям о Михаиле Кузьмиче. Теперь он создает портреты
Михаила Кузьмича и Сергея Павловича Королева. Кстати, это первая публикация.


…Так уж сложилось, что вся моя трудовая деятельность прошла в одной отрасли техники. За это время пришлось работать, лично и довольно близко быть знакомым с Сергеем Павловичем Королевым и Михаилом Кузьмичом Янгелем.

Эти два человека имеют много общего, их объективные данные одинаковые: оба академика, дважды Герои Социалистического Труда, Лауреаты Ленинской и Государственной премий, были облечены большим доверием государства, плодотворно руководили работой громадных коллективов, находились на переднем плане науки и техники новой отрасли.

Вместе с тем, каждый из них обладает своей неповторимой индивидуальностью, субъективными качествами, своей методологией решения вопросов, формой обращения с подчиненными всех рангов.

^ Сергей Павлович Королев.

Первая встреча состоялась в Германии, в середине 1946 года. Человек небольшого роста, с широкими опущенными плечами, проницательным взглядом глубоко посаженных глаз, и, хотя он в форме полковника, было видно, что это сугубо штатский человек. Но вот когда он заговорил, то и тональность голоса, и манера разговора показывали, что это командир большого ранга, привыкший отдавать приказы и не сомневающийся, что им подчиняются. Более близко я узнал Сергея Павловича во время работы в возглавляемом им отделе, а затем КБ, уже в Подлипках.

Характерная черта стиля работы и руководства людьми: при формировании стратегии решения вопросов он советовался с очень большим числом подчиненных ему работников (если не со всеми), причем, индивидуально. Говорят, что содержание этих бесед записывал, а затем на досуге изучал. После этого он формировал собственное мнение. И совещания, которые проводились по выбору стратегии, превращались не в сбор и обсуждение предложений, а в апробацию сформированного Главным конструктором и, как правило, опровержение других прелагаемых вариантов. А когда линия была выбрана и обнародована, то проводилась в жизнь неуклонно и все попытки изменить ее вытравлялись "каленым железом". Его отличала требовательность вплоть до выхода за нормы жесткости. Такая требовательность к строгому выполнению принятых решений создавала впечатление об отсутствии гибкости, о жесткости Королева, но с учетом ответственности, с которой готовилось решение и колоссального объема подготовительной работы, такой подход оправдал себя. Королев был очень внимательным и чутким руководителем. Когда к нему обращались за помощью работники любого ранга, он очень внимательно относился к просьбе и практически всегда находил возможность ее удовлетворить. Вспоминается один такой случай. Заболел ребенок и необходимо было повезти его в Москву на консультацию, а дело было зимой, стояли сильные холода. Нужна была машина. Обратился к Королеву. Он выслушал, задумался и сказал: "Это же тебе нужна теплая машина. У нас такая одна. Так, я завтра приеду к девяти. Еще полчаса машина нужна будет. А вот в девять тридцать позвони такому-то и он даст тебе мою машину…" Даже в этом, чисто житейском вопросе чувствуется его система: уяснить сущность вопроса, оценить, может ли сделать и как и, наконец, четко формулируется решение.

Королев не ограничивался работой с заместителями, а широко привлекал руководителей и инженерный состав к обсуждению частных вопросов. Строго требовал от всех глубокого знания сущности, конкретности и обоснованности предложений, не терпел неоднозначности высказываний.

Обладал колоссальной работоспособностью. Не помню случая, что он уходил с работы не последним.

Годы работы у Королева для всех его сотрудников явились большой школой науки преодоления белых пятен в технике.

Справедливости ради следует отметить, что выработанный им и железно проводимый в жизнь курс на использование низкокипящих компонентов, как оптимальное направление развития нашей техники, создал немало помех в развитии нашего КБ "Южное".

^ Михаил Кузьмич Янгель.

Первое знакомство состоялось еще при работе в КБ Королева, куда Янгель был назначен заместителем Главного. Первые контакты особого впечатления не произвели, может быть, потому, что Михаил Кузьмич в ту пору только знакомился с нашей техникой. Прямые и повседневные контакты начались с организацией КБ "Южное" и, должен сказать, чем больше знакомился с ним, тем большей симпатией и уважением проникался к нему как руководителю и как к человеку.

Уже сама манера обращения, внешность Михаила Кузьмича неизменно вызывали расположение к нему. Внимательность к собеседнику, мягкость в обращении, широкая дружелюбная улыбка вызывали желание сделать все и наилучшим образом.

У Янгеля методология решения вопросов была совершенно другая, чем у Королева. При разработке стратегии предварительного изучения как будто не было. Собиралось совещание, формулировался вопрос, все высказывались. Затем, заслушав все выступления, Янгель формулировал решение. Часто оно было совершенно неожиданным для большинства, но зато всегда правильным. На первых порах создавалось впечатление, что он совершенно не имеет мнения и не знает сущности вопроса, и только благодаря своим интеграционным способностям выявлял основное. Но это только казалось: Михаил Кузьмич имел свое мнение и только резервировал возможность корректировки его в случае, если кто-то предложит лучший вариант.

К выбранной стратегии подходил диалектически, не считал зазорным, при конкретно складывающихся обстоятельствах, корректировал ее.

Очень характерный штрих. Оставляя сотрудника за себя, он требовал, чтобы по всем возникающим вопросам принимались решения. Янгель говорил: "Пусть ты в 10 % случаев ошибешься, время тебя поправит, но вопросы не могут оставаться нерешенными. Они будут искать обходные пути и создадут неуправляемый поток и выйдут из-под контроля…"

Янгель, как правило, всегда полностью доверял своим сотрудникам; если совершался промах – помогал разобраться в причинах и поисках мер по исправлению положения, привлекая к этому процессу и других, используя практический случай, как средство воспитания технической и организационной зрелости. Взыскания применялись лишь как экстраординарная мера.

Михаила Кузьмича отличала высокая принципиальность и честность, обязательность в выполнении данных обещаний; того же требовал от сотрудников. При встрече с попыткой искажения истины он преображался: вдруг исчезали дружелюбие и мягкость, откуда-то появлялись резкие, убийственные слова… на вторую попытку ни у кого желания не возникало.

Может быть, благодаря этому в коллективе выросла целая плеяда специалистов высшей квалификации, которая сегодня осуществляет продолжение его творческой линии.

Михаил Кузьмич был очень общительным человеком, и с ним было легко и просто, каждый чувствовал себя непринужденно; неистребимый оптимизм, тонкий юмор позволяли поддерживать хорошее настроение.

На отдыхе любил рыбалку (независимо от результата), иногда играл в преферанс; ему не были чужды и другие мужские развлечения, доступные в командировке.

Озираясь назад, хочется с удовлетворением отметить, что семнадцатилетний совместный труд оставил только приятные воспоминания о Большом человеке, Большом руководителе, старшем товарище, Михаиле Кузьмиче Янгеле.


Октябрь 1986 г.


^ Ю.А. Сметанин



8170632009529051.html
8170704840875198.html
8170958895597044.html
8171017404008188.html
8171087325413899.html